Разумеется, захватившая умы индустрия развлечений не могла избежать рефлексии. Разные авторы в разные периоды времени восхваляли и проклинали Голливуд, нежно ностальгировали по прошлому и грезили будущими свершениями. Последний проект на эту тему — мини-сериал Netflix «Голливуд». Он повествует о молодых талантах, пытающихся построить карьеру в 1940-х годах — «Золотую эпоху» Голливуда. Шоураннер Райан Мерфи предлагает в сериале достаточно вольную трактовку событий тех времен и создает другую реальность: сценарий фильма там пишет темнокожий гей, на главную роль берут афроамериканку, а в режиссерском кресле сидит полуазиат. Мы решили выяснить, как другие режиссеры рисовали в своем воображении и своих картинах такой знакомый, но неизменно таинственный Голливуд.
«Бульвар Сансет»: Голливуд одержимости
Билли Уайлдер, классик американского кинематографа, одним из первых решил рассказать о темной стороне роскошного мира Голливуда. Случилось это как раз в 1950 году, в конце Золотого века. Драматичный и напряженный фильм-нуар пропитан атмосферой безнадежности и пессимизма. В ленте рассказывается история молодого сценариста Джо Гиллиса, который случайно попадает в особняк на бульваре Сансет. Хозяйкой этого места является востребованная в прошлом звезда немого кино Норма Десмонд, чья карьера ныне находится в упадке. Гиллис остается жить в особняке на содержании богатой кинодивы и заодно помогает ей написать сценарий, где она исполнит роль Саломеи. По ходу действия обнаруживаются все новые и новые «подводные камни», которые таит в себе Голливуд.
Для современного зрителя история, приоткрывающая завесы тайны фабрики звезд, не содержит в себе откровенности. Многочисленные скандалы вокруг знаменитостей уже давно стали предметом общественного достояния. Однако стоит понимать, что для 1950 года подобное решение было по-настоящему новаторским. Все-таки пик развития Голливуда пришелся именно на сороковые годы, после которых будущее киноиндустрии представлялось крайне туманным. Этот момент кризиса Билли Уайлдер успешно запечатлел в своем циничном и жутком драматическом нуаре. Он одним из первых проиллюстрировал тот факт, что Голливуд — место не только осуществления мечт, но и край страданий и одержимости. Здесь люди ради карьеры и успеха готовы пойти на самые страшные и подлые поступки. Причем абсолютно все: как начинающие свой творческий путь юнцы, так и состоявшиеся звезды, у которых уже все есть, но постоянно чего-то мало.
{PAGEBREAK}
«Игрок»: Голливуд алчности
Черная комедия Роберта Олтмена 1992 года эксплуатирует тему, заданную Билли Уайлдером в «Бульваре Сансет», — обличение пороков индустрии развлечений. Только если Уайлдер демонстрировал скрытые фрустрации Голливуда в прямолинейной манере, даже иногда сгущая краски, то Олтмен предпочитает смеяться над ним. «Игрок» рассказывает историю Гриффина Мила — крупного чиновника на голливудской киностудии. Он наделен правом выбирать, какие сценарии одобрить для производства, а какие выбросить в мусорку. У него много врагов и недоброжелателей, один из которых дает о себе знать. Гриффин начинает получать угрожающие записки и в приступе ярости убивает невинного драматурга, после чего вступает в отношения с вдовой убитого.
Представленная Олтменом сатира модернизирует идеи Уайлдера. Те же страхи и страсти, но с добавлением гротескности 60-х и алчности 80-х. «Игрок» не пытается изобразить потайные углы Голливуда, в 1992 большинству они были уже известны. Вместо этого он наглядно фиксирует эпоху, местами намеренно ее гиперболизируя. На протяжении всего фильма не покидает мысль об очевидности изображаемой автором сатиры. Но в конце игра переворачивается, сообщая зрителю прямым текстом: да, Голливуд — это место страданий и боли, но в то же время это место дарует всем нам смех и развлечение. Так почему бы Голливуду самому иногда не посмеяться над самим собой? В конце концов, лишняя доза самоиронии еще никому не вредила.
{PAGEBREAK}
«Малхолланд Драйв»: Голливуд снов
Дэвид Линч описывал свой фильм как «любовную историю в городе снов». От дальнейших разъяснений по поводу смысла и главенствующих мотивах «Малхолланда Драйва» он отказался. Возможно, это единственно правильная позиция. Дэвид Линч отдает глубокое значение мирам снов в жизни человека. Сны — та часть нашего сознания, которая не поддается рациональному изучению. В данном случае «Малхолланд Драйв» — это личный сон Линча. Фильм, который при попытке привести его к единому знаменателю теряет свой шарм. Сама история не содержит в себе новаторских решений. Главная героиня теряет память в автомобильной аварии и не может вспомнить даже своего имени. Она называет себя в честь знаменитости «золотой эпохи» Голливуда — Риты Хейворт — и знакомится с начинающей актрисой Бетти. В дальнейшем девушки попытаются выяснить тайну прошлого Риты и освоиться в мире «фабрики грез».
Тривиальность и схематичность истории разбавлена излюбленным линчевским сюрреализмом. «Малхолланд Драйв» пропитан ощущением психоделики и мистицизма, отсылающее к нуару Билли Уайлдера. Картина Линча тоже исследует Голливуд с точки зрения сновидений. Для многих людей это место — воплощение идеальной жизни, но когда они в нем оказываются (просыпаются), то вся аура и фантазии моментально рушатся. Голливуд предстает пространством иррациональным и загадочным, где каждый сам решает, каким он хочет его видеть. Кто-то пытается его забыть и выкинуть из памяти, а кто-то очаровывается и пропадает в нем навсегда. Все определяется нашими желаниями и иллюзиями, которые мы сами себе создаем.
{PAGEBREAK}
«Да здравствует Цезарь!»: Голливуд инфантилизма
Братья Коэны — режиссеры, которые с легкостью переворачивают любой жанр наизнанку и сочетают несочетаемое. По этой причине все ожидали от ленты «Да здравствует Цезарь!» крайне беззаботной сатиры на Голливудскую жизнь 50-х годов. В один момент со студии пропадает исполнитель главной роли в масштабном пеплуме «Да здравствует Цезарь!». Никто не знает, где он может находиться и где его искать. Теперь продюсеру студии Эдди Мэниксу предстоит подключить многочисленные связи студийной кухни, чтобы найти звезду раньше журналистов.
Описание вновь смахивает на ленту с детективным уклоном. Однако Коэнам интересна другая составляющая, а именно — создание «своего» Голливуда . Разумеется, снова идет разрушение шаблонов внешне прекрасной и изысканной фабрики грез. Однако на этом их связь с Билли Уайлдером заканчивается, так как Коэны конструируют историю с комедийной и сатирической точки зрения. Их не интересует достоверность или реалистичность истории. Они хорошо понимают, что о том времени лучше того же Уайлдера или Хичкока уже никто не расскажет. По этой причине они конструируют воображаемый мирок, в котором есть место всем: циничному продюсеру, который «чистит» места преступления, знаменитому актеру с коммунистическими взглядами, востребованной актрисе, забеременевшей вне брака. Голливуд фильма «Да здравствует Цезарь!» отдает детской наивностью и сказочностью, но если ее невозможно осуществить на практике, то пусть она будет изображена хотя бы в двухчасовой милой ленте американских классиков. Подобный инфантилизм, выраженный в плюрализме представленных образов, если не раскроет боли фабрики грез, то хотя бы подарит хорошее настроение.
{PAGEBREAK}
«Ла-Ла Ленд»: Голливуд мечтателей
Наверное, первый фильм в этом списке, который не склоняется к риторике порочности Голливуда, хотя к финалу все равно транслирует очевидную истину: не всем мечтам суждено сбыться. Но в конце концов, как и в случае с братьями Коэн, никто не мешает молодому и энергичному Дэмьену Шазеллу снять свой город грез. Тот Голливуд, в котором есть место и любви, и карьере. Фанатичный джазовый музыкант Себастьян, сыгранный Райаном Гослингом, и мечтательная начинающая актриса Миа, в образе которой пребывает Эмма Стоун, пытаются построить, а затем наладить свои отношения, которые идут вразрез с их профессиональными устремлениями.
«Ла-Ла Ленд» представляет Голливуд красочным, танцующим и чарующим местом, в которое моментально влюбляешься вместе с главными героями. Музыкальная составляющая отдает дань классическим мюзиклам вроде «Поющих под дождем» и «Звуки музыки». Чары этого мира могут рассеяться в одно мгновение, когда доиграет фортепианное соло и некоторые твои амбиции сломаются. Но мечтать не вредно. И Дэмьен Шазелл предлагает попробовать самим помечтать и постараться обратить свои надежды в жизнь. А если не получится, всегда можно начать заново.
{PAGEBREAK}
«Однажды в… Голливуде»: Голливуд нереальный
Общий тренд фильмов и авторов, пытающихся проанализировать явление Голливуда в современном мире, сводится к двум закономерным позициям. Некоторые стремятся обнародовать пороки этого места (Билли Уайлдер, Роберт Олтмен), другие пытаются мыслить позитивными категориями, невзирая на общую трагичность (Братья Коэны, Дэмьен Шазелл), а кто-то успешно совмещает и то, и то (Дэвид Линч). На деле выясняется, что единого победителя нет, каждый грезит своими образами и идеями. Голливуд не делится на белое и черное — это место, которое потом и кровью пытается рассказать интересные истории и дать людям возможность испытать чужой опыт. Этим правилом руководствуется Квентин Тарантино, который вновь переписывает историю, как он когда-то сделал в «Бесславных ублюдках». Главные герои «Однажды в… Голливуде» — увядающая кинозвезда Рик Далтон и его дублер Клифф Бут, которые пытаются найти свое место в стремительно меняющемся мире киноиндустрии. Параллельно рассказывается история Шэрон Тейт — актрисы, которая в 1969 году была жестоко убита «Семьей» Чарли Мэнсона. Тарантино реконструирует этот сюжет, в то же время давая зрителям возможность проникнуться атмосферой Голливуда того времени. Эпоха хиппи, свободолюбия и общей атмосферы беззаботности передана Тарантино с крайней любовью к деталям. Однако «Однажды в… Голливуде» не представляет из себя просто пересказ сюжета 1969 года. Наоборот, Тарантино, как и Братья Коэны, формирует свой мир, который с трудом поддается законам реалистичности или историческому хрестоматизму. «Однажды в… Голливуде» — история того 1969 года, каким Тарантино хотел бы его видеть.
Голливуд действительно разрушает карьеры и жизни. Этот факт не нов, Уайлдер его раскрыл еще 70 лет назад, но Тарантино свято верит, что искусство в итоге побеждает любые страхи и ужасы реальности. «Однажды в… Голливуде» декларирует мысль о нереальном Голливуде и одновременно ностальгирует по временам, которые были дороги лично режиссеру. Финальный аккорд Тарантино звучит отчетливо звучно в дискурсе о голливудской истории. Победа искусства над реальностью — причина, по которой зрители до сих пор продолжают влюбляться в Голливуд и восхищаться им. Ведь это место, где рождаются истории, которые перемещают нас в другие миры: пусть это даже до боли знакомый с 1950 года Сансет Бульвар, который в мире Тарантино выглядит совсем по-другому.
