Хирокадзу Корээда рассказал, почему никогда не снимает плачущих детей

Корээда известен фильмами, где дети играют естественно и без нажима, — достаточно вспомнить «Малыша» или «После бури». На встрече со зрителями, о которой пишет Variety, он заявил, что есть вещь, которую он решил никогда не показывать на экране: плачущего ребёнка. «Дело не в том, что я не могу или что это трудно. Я просто этого не снимаю», — приводит издание слова режиссёра.

По его словам, такой подход связан с опытом, который он вынес из знакомства с работами Кена Лоуча. Британский классик социального кино известен тем, что добивается от актёров предельной достоверности, и Корээда, судя по его рассказу, следует похожему принципу: не давить на ребёнка ради нужной эмоции, а позволять ему вести себя так, как он ведёт себя в жизни.

Ещё один урок, о котором вспомнил японец, связан с Хоу Сяосянем. Тайваньский режиссёр отозвался о дебютной картине Корээды «Мабороси» — и эта критика, как признаёт автор, повлияла на его дальнейшую манеру. Подробности разговора издание не раскрывает, но сам факт показателен: Корээда открыто говорит о том, как учился у старших коллег.

Для российского зрителя Корээда — один из самых узнаваемых современных азиатских авторов: его «Магазин краденого», «Как отец, как сын» и «Семейное дело» шли в прокате и на фестивалях, а «Семейное дело» принесло ему «Золотую пальмовую ветку» в Канне. Его метод работы с детьми давно стал частью репутации: актёры-непрофессионалы и мягкая камера вместо выстроенных сцен.

Нынешнее признание объясняет, почему детские эпизоды у Корээды редко выглядят как спектакль. Режиссёр не гонится за эффектной слезой — и именно поэтому его маленькие герои кажутся живыми. Для зрителя это ещё и повод пересмотреть знакомые фильмы, обратив внимание на то, чего в них сознательно нет.

Источник: Variety

Источник: Variety